Того, кто сел в кабину, больше не видели: когда ливень заливает кубанскую трассу, из прибрежной мглы появляется одноглазый грузовик

Там, где дороги вдоль Азовского моря становятся пустынными, а с неба срывается ливень, путники не любят останавливаться. А если и останавливаются, то стараются не смотреть в зеркала заднего вида. Потому что в дождливую мглу из тумана выезжает ОН. Старый грузовик с одной-единственной горящей фарой. Второй глаз у машины давно погас, и в этой асимметрии есть что-то от больного, искалеченного зверя. В народе его прозвали «Циклопом».

Когда асфальт становится зеркальным, а дождь заливает лобовое стекло так, что дворники не справляются, на обочине можно заметить темный силуэт. Грузовик не сигналит, не мигает. Он просто медленно подползает, и его единственный желтый глаз на мгновение освещает мокрый гравий.

Водитель не выходит из кабины. Дверца чуть приоткрыта. Внутри – темнота, которую не разгоняет даже свет единственной фары. Местные байки гласят: «Циклоп» никогда не берет плату. Он просто ждет, когда замерзший и промокший путник сам сядет в кабину. А потом грузовик уезжает. Бесшумно, без рева мотора. И вместе с ним исчезает и сам седок.

Тех, кто садился в кабину, больше никто не видел. Ни через час, ни через день, ни через год. Их находили? Нет.

В полицию поступали заявления, волонтеры прочесывали побережье. Находили только пустые сумки, разбитые телефоны и порванную одежду, будто кто-то пытался вырваться изнутри.

Поэтому жители кубанский и ростовских поселков стараются не выезжать на трассы в сильный дождь. Шутят, что «Циклоп» любит влажную погоду, потому что мокрая земля лучше поглощает следы.

Ранее «Сарафан23» писал, что построенная на костях и крови трасса отпускает не всех, а в лучшем случае – без рук и ног.